Прибытие новой армии людей на Калимдор стало для Джайны полной неожиданностью. Она никак не могла объяснить новые нападения на орков, пока не выяснила, что за всем этим стоит ни кто иной, как её собственный отец и флотилия Кул Тираса. Джайна попыталась убедить Даэлина, что орки не представляют больше угрозы для Альянса, но адмирал, бывший ветераном Второй Войны, не стал слушать дочь. Перед Джайной встал нелёгкий выбор – порвать дорого давшийся мир с орками Тралла либо пойти против отца и своих же соотечественников. И она его сделала.



Когда пришло время ответного удара по Терамору, волшебница рассказала о кораблях гоблинов, и благодаря этому силам Орды удалось прорваться к Терамору. Джайна умоляла Тралла сохранить жизнь жителям Терамора и городскому гарнизону, которые были непричастны к нападениям, что тот и сделал – после поражения адмирала Орда покинула город.

Эта стычка между Новой Ордой и лордеронскими беженцами была, увы, не последней. Три года спустя из-за заговора, в котором участвовали как орки, недовольные близким присутствием своих бывших поработителей, так и люди, раздражённые необходимостью ютиться в Пылевых топях и экспансией бывших завоевателей, Орда и Терамор вновь оказались на грани войны. В заговоре Пылающего Клинка оказался замешанным даже Кристофф, управляющий Джайны в Тераморе. Серия провокаций поставила мир под угрозу, а когда Джайна отправилась расследовать эти конфликты, Кристофф в её отсутствие начал сосредотачивать на границе войска. Но благодаря Эгвин, предпоследнему Хранителю Тирисфаля, которую Джайна неожиданно нашла, волшебнице удалось докопаться до истоков заговора – демона Змолдора, который манипулировал как орками, так и людьми с целью разжечь новый конфликт. Знания Эгвин помогли Джайне разоблачить заговорщиков и изгнать демона, а усилиями Тралла разгоревшийся было бой у Северной Заставы удалось прервать.



Конфликт заставил Джайну и Тралла всерьёз подумать о формализации сосуществования их народов. Спустя неделю в Шестерёнке началось обсуждение полноценного мирного договора.

Джайна в World of Warcraft.



Джайна появляется в игре как правитель Терамора и находится там на вершине башни на острове. Примкнув к королевству Штормграда, она является посредником на переговоры между Траллом и Варианом Ринном. Во время путешествия по морю Вариан исчез по непонятным причинам. Когда происходит расследование о причинах пропажи короля, Джайна и Тервош помогают схватить Хенделя, который состоял в Братстве Справедливости. Позднее, после падения Зул'джина, Джайна обнаружила, что Братство замешано в исчезновении Вариана и к этому причастна Ониксия. Она передала эту информацию Болвару. (на момент обновления 4.0.3, она информирует Вариана, которому сообщает о связи между Братством Справедливости и Ониксией.)

Когда дренеи приземлились в Азерот, Джайна была одной из первых, кто оказал им помощь.

Также, игроки могут встретить ее в Пещерах Времени в рейдовом подземелье Битва за гору Хиджал, где Джайна, находясь на базе Альянса, помогает отражает первые волны перед боссами Лютый Хлад и Анетерон.

Гнев Короля Лича.

После смерти Болвара Фордрагона, Король Вариан Ринн приготовил свои силы для полномасштабной войны против Орды. Отчаянно пытаясь любой ценой избежать начала Четвертой Войны Джайна телепортировалась в Огриммар, чтобы открыть правду о недавно произошедших в Нордсколе событиях. От леди Сильваны Ветрокрылой она узнала, что случилось предательство, и Вариматас взял под контроль Подгород. Тралл заверил Джайну, что они не заинтересованы в войне с Альянсом, и обязался уничтожить предателя. Джайна пообещала остановить Вариана, но предупредила, что это будет нелегко, ведь Болвар был его братом. Опасения Джайны оказались верны, когда отряд Тралла (стремящийся вновь захватить Подгород) и отряд Вариана (стремящийся вернуть контроль над Подгородом Альянсу) ворвались в город. Не позволяя Альянсу и Орде вступить в открытую войну, Джайна заморозила воинов Альянса и телепортировала их обратно в Штормград.

Древние Боги. Ульдуар.

Когда Бранн Бронзобород узнал, что Йогг-Сарон бежал из своей древней тюрьмы в Ульдуаре, Ронин и Джайна созвали совещание Лидеров Альянса и Орды на Фиолетовой Цитадели. Когда все прибыли, Гаррош и Вариан вступили в схватку друг с другом. Попытки Джайны примирить обоих были тщетны, поэтому Ронину пришлось прибегнуть к помощи тайной магии, чтобы остановить враждующих. В итоге, Вариан Ринн отказался от союза с Ордой.


Немного позже Джайна отправилась в Ледяные Залы чтобы встретиться с Королем Личом и попытаться договориться с ним, в крайнем случае сразиться. Не секрет, что Джайна все еще надеялась встретить дух своего возлюбленного, Артаса. В сопровождении небольшой группы героев Альянса, Джайна прошла через всю Цитадель и оказалась в последней ее части — Залах Отражений. Там не оказалось Короля Лича, как они рассчитывали. Зато им удалось обнаружить легендарный Фростморн (также известный как Ледяная Скорбь), меч, который поглотил душу Артаса и разрушил Лордерон. Волшебница вошла в контакт с душами, заключенными в клинке. К ее величайшему удивлению, появился Утер Светоносный и рассказал страшную правду: Артас — лишь тень в сознании Короля Мертвых. Возможно, именно поэтому Плеть до сей поры не уничтожила Азерот до основания. Король Мертвых должен быть убит, его место должен занять другой, принеся величайшую жертву.

Внезапно, появился и сам Король Лич и душа Утера вернулась обратно во Фростморн. Король Мертвых бросил короткую фразу Джайне и, взяв клинок в руки, призвал Фалрика и Маврина, двух капитанов Альянса, что сражались бок о бок с ней во время Третьей Войны. И хотя Король Лич приказал двум капитанам расправиться с воинами Света и вернулся в свои покои, Джайна была полна решимости. Она последовала за ним, надеясь спасти Артаса и дверь захлопнулась за ней. Ее отряд сражался с капитанами, а позже последовал за Джайной, которая сражалась со своим бывшим возлюбленным. Последний был намного сильнее и лишь злорадствовал над волшебницей. Сердце Джайны было разбито окончательно. Когда ее люди пришли ей на выручку, они побежали вниз, к скрытому проходу. Когда они достигли скалы, Грифон подхватил их в самый последний момент.