Доброго времени суток, уважаемые читатели. не так давно я копался в архиве в поисках какой-то статьи и наткнулся на незаконченный цикл. И, спеша исправить свою ошибку, сегодня вашему вниманию я предлагаю вторую статью из цикла "Предсмертные Хрипы.

Итак, в прошлый раз я пообещал вам, что расскажу, что же происходило в Hearthstone с предсмертными хрипами во времена Большого Турнира и после него. Поехали!

Великий турнир и Лига экспериментов

Большой турнир окончательно укрепил позицию Метелицы относительно Предсмертного хрипа: делать медленных, но полезных существ (прямо как в оригинальном Hearthstone), и при этом ни одно из них не оказывало решающего воздействия на доску при смерти - весь профит был связан с колодой.

Большая часть карт дополнения была такой же размеренной (особенно использующие механику Воодушевления), и именно потому они не привнесли ничего принципиально нового в мету, если не считать Паладина на секретах.

Всеми любимая Лига исследователей не была богата на новых мощных существах с Предсмертным хрипом — по большей части там были слегка измененные существа из Наксрамаса. И поскольку такие карты, как Ископаемый ящер, Анубисат-часовой, или Шляпа исследователя не смогли достойно себя показать на поле боя, окончательно доказывая несостоятельность агрессивного Предсмертного хрипа: либо он абсолютно неиграбелен, либо из-за него неиграбельно все остальное.

Новое начало

Хотя проснувшиеся древние боги и состояли в “особых отношениях” с Предсмертным хрипом (судя по всему старина Н’Зот очень его любил), сами карты с этой механикой подтверждают предыдущие выводы: они либо имеют базовые статы (Зараженный волк, Сумеречный призыватель и т.п.), либо взаимодействуют с колодой (Изменчивая тень и Грязный барахольщик). При этом, большинство карт так и остались лежать никому не нужными, кроме одной, которая надолго обеспечила себе место в зоо-колоде - Одержимый крестьянин - карта, достойная присутствия в Наксрамасе. Но она, слава Броду, была исключительной картой Гул’Дана.

Вечеринка в Каражане была совсем плоха по части Предсмертных хрипов: всего 4 карты. Руническое яйцо и Канавный скрытень были, конечно, интересными, но слабыми, Острая вилка была достаточно острой только для Арены, а Бабушка, которая очень напоминала еще одного Ползуна, и которая была классовой картой Охотника, не сыграла именно из-за слабостей самого Охотника.

В Злачном городе Прибамбасске Предсмертный хрип уступил место у руля новому разделению на 3 клана - только Айя Черная Лапа, Мастерица микстур и Млечноокий были достаточно хороши, чтобы существовать в эру Глазастика. Ну и к тому же в них просматривается уже сформировавшийся баланс взаимодействия с колодой.

Этому балансу подчинена Экспедиция в Ун’Горо: Кристаллический оракул, Маленький раптор, Пирос… Те немногие карты, которые еще напоминают нам о славных временах Наксрамаса (Нестабильный элементаль, Похититель яиц, Диномант и т.п.), были очень качественно выверены, и скорее всего именно поэтому ими мало кто играет.

И что же дальше?

Если посмотреть на уже открытые карты нового дополнения, то становится понятно, что большая часть новых карт все так же взаимодействует с колодой (Замороженный чемпион, Гробокопательница). Оставшиеся же получили достаточное ограничение, например - Труповозка, которую нужно очень долго баффать, чтобы она достала что-нибудь хорошее.

Судя по всему, Метелица окончательно осознала ошибки Наксрамаса, поэтому ожидать новых Могильщиков и Нерубских яиц не стоит. Чего стоит ожидать, так это еще более интересных взаимодействий с этой механикой, а также замедления общей меты, ведь Предсмертный хрип спешки не любит.

А на этой бодрой ноте я предлагаю закончить. Удачной игры.